Молитва иже херувимы и серафимы

Текст херувимской песни

Молитва иже херувимы и серафимы

В начале Литургии верных отверзаются царские врата, и певцы начинают медленным и протяжным напевом петь так называемую Херувимскую песнь. Слова ее следующие:

Иже херувимы тайно образующе, и Животворящей Троице трисвятую песнь припевающе, всякое ныне житейское отложим попечение.

Яко да Царя всех подымем, ангельскими невидимо дориносима чинми, Аллилуиа, Аллилуиа, Аллилуиа.

В переводе на русский язык:

«Мы, таинственно изображающие херувимов, и воспевающие Животворящей Троице трисвятую песнь, отложим ныне всякое житейское попечение. Чтобы поднять Царя всех, невидимо копьеносимого чинами ангельскими, Аллилуиа, Аллилуиа, Аллилуиа».

Составлена эта песнь и введена в употребление, по свидетельству Георгия Кедрина, в VI веке в царствование благочестивого царя Иустина 2-годля того, чтобы во время перенесения Даров с жертвенника на престол наполнять души молящихся самыми благоговейными чувствами.

В этой песни Церковь как бы призывает нас уподобиться херувимам, которые, предстоя престолу Господа славы, непрестанно воспевают Его и славословят трисвятым пением: «Свят, Свят, Свят, Господь Саваоф,» и оставить все мысли и заботы о чем бы то ни было земном; ибо в это время Сын Божий торжественно сопровождаемый ангелами («копьеносимый» образ взят из римского обычая, провозглашая императора, поднимать его торжественно на щите, поддерживаемом снизу копьями воинов), грядет невидимо во св. алтарь, чтобы принести Себя на трапезе в Жертву Богу Отцу за грехи человечества и предложить Свое тело и кровь в снедь верным. Эта Херувимская песнь является, в сущности, сокращением древнего песнопения, которое прежде всегда пелось на древнейшей литургии св. апостола Иакова, Брата Господня, а теперь поется у нас только в Великую субботу на литургии св. Василия Великого, совершаемой в этот день: Да молчит всякая плоть человеча и да стоит со страхом и трепетом, и ничтоже земное в себе да помышляет, царь бо царствующих и Господь господствующих, приходит заклатися, и датися в снедь верным. Предходят же сему лицы ангельстии со всяким началом и властию: многоочитии херувими и шестокрилатии серафими, лица закрывающе и вопиюще песнь: аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа.

В Великий же четверток на литургии св. Василия Великого, вместо Херувимской, поется песнопение, выражающее идею дня и заменяющее собою многие песнопения в этот великий день установления Господом самого Таинства Причащения:

Вечери твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими: не бо врагом твоим тайну повем, ни лобзания ти дам, яко иуда, но яко разбойник исповедаю тя: помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии твоем; аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа.

Во время пения Херувимской песни священник, стоя перед престолом, читает особую тайную молитву, начинающуюся словами: Никтоже достоин от связявшихся, плотскими похотьми и сластми, приходити, или приближитися, или служити тебе, царю славы…, в которой просит, чтобы носимый на престоле херувимском Господь очистил душу и сердце его от совести лукавой и удостоил его священнодействовать святое и пречестное тело Его и честную кровь и сподобил быть принесенным дарам сим чрез него грешного и недостойного раба. В это время диакон, взяв в самом начале Херувимской благословение у иерея на каждение, кадит весь алтарь и священника, и с амвона иконостас, лики и народ, причем принято, окадив алтарь, выходить для окаждения иконостаса через Царские врата, а затем, возвратившись в алтарь, покадить на священника, после чего, вновь выйдя через царские врата, кадить лики и народ; в заключение, окадив царские врата и местные иконы Спасителя и Божией Матери, диакон входит в алтарь, кадит престол спереди только и священника, диакон трижды вместе с ним покланяется перед престолом. Священник с воздетыми вверх руками трижды читает первую половину Херувимской, а диакон каждый раз заканчивает ее, читая вторую половину, после чего оба они покланяются по единожды. Прочтя трижды Херувимскую и, поклонившись друг другу по облобызании престола, они отходят, не обходя престола кругом, налево к жертвеннику, чтобы начать Великий вход. Когда диакона нет, священник кадит сам, по прочтении тайной молитвы. Во время каждения и он, как и диакон, читает про себя псалом 50-ый.

  • Херувимская песнь
  • Толкование
  • В литургии
  • Полезные материалы

Херувимская песнь

херувимская песнь, херувимская песнь слушать
Херуви́мская песнь (греч.

Χερουβικός Ὕμνος; кратко по первым словам — И́же херуви́мы) — в византийском обряде (православие и грекокатолицизм) песнопение, которое поётся на Литургии.

Херувимская не является молитвой, а есть призыв верующих к духовному сосредоточению, к уподоблению жизни ангелов. Неизвестный автор гимна описывает мистические, невидимые события, происходящие при совершении Литургии.

В частности, Великий вход духовенства из жертвенника в алтарь при хоровом или одиночном исполнении Херувимской песни, — со Святыми Дарами, крестами и евхаристическими малыми копьями, — символизирует добровольное шествие Христа на искупительные крестные страдания в окружении несметных, невидимых воинств копьеносных ангелов, воспевающих Святой Троице троекратное славословие: «Свят! Свят! Свят!». Пение херувимской заканчивается хвалой Богу: «Аллилуиа!».

Церковнославянский перевод херувимской: «Иже херувимы тайно образующе и животворящей Троице трисвятую песнь припевающе, всякое ныне житейское отложим попечение. Яко да Царя всех под’имем ангельскими невидимо дориносима чини. Аллилуиа».

Толкование

Трудность вызывает перевод на современные языки второй части древнегреческого текста херувимской (малопонятный глагол и словосочетание в церковнославянском переводе выделены курсивом). Встречающиеся варианты (церковно) — русского изложения гимна в трудах современных переводчиков таковы:

1) Мы все, херувимов тайно образующе и животворящей Троице трисвятую песнь воспевающе, всякое ныне житейское (да) отложим попечение! Ибо днесь (ныне) Царя всех приимем, ангельскими невидимо огражденного копиеносными чинми. Аллилуя.

2) Мы все, херувимов тайно образующе и животворящей Троице трисвятую песнь с ними воспевающе, всякое ныне житейское (да) отложим попечение! Ибо днесь Царя всех приимем с ангельскими, невидимо копиеносными чинми. Аллилуя.

2) Мы все, херувимов тайно образующе и животворящей Троице трисвятую песнь воспевающе, всякое ныне житейское отложим попечение! Да сопроводить нам Царя всех в сонмах невидимо копиеносных ангелов. Аллилуя.

3) Мы все, херувимов тайно образующе и животворящей Троице трисвятую песнь воспевающе, всякое ныне житейское отложим попечение! Да сопроводить нам Царя всего мира во копьеносных воинствах всех ангелов незримых. Аллилуя.

4) Мы все, херувимов тайно (мистически, духовно) образ (икону) являюще и животворящей Троице трисвятую песнь с ними воспевающе, — всякое ныне житейское (да) отложим попечение! Ибо днесь Царя всех приимем (под’имем) в сонмах невидимо копиеносных ангелов!. Аллилуя.

5) О вы, что херувимов тайно образуете и животворящей Троице трисвятую песнь с ними воспеваете, — всякое ныне житейское (да) отложим попечение! Ибо днесь Царя всех приимем во копьеносных воинствах всех ангелов незримых. Аллилуя.

«Трижды святой гимн», который упоминает Иоанн Златоуст, может относиться только к анафорической литургии взятой из Ветхого Завета, от книга пророка Исаии, в частности, (6:1-3):

» И это сбылось в год, в котором царь умер Озия, что я видел Господа, сидящего на высоком и возвышенном троне, и дом был полон его славы. И Серафимы стояли вокруг него, каждый из них по шести крыльев, и двумя закрывал свое лицо, и двумя закрывал ноги свои, и двумя летали. И взывали они друг ко другу, и они сказали, «Свят, свят, свят Господь Саваоф! Вся земля полна славы Его!»

В литургии

На Херувимской песни открываются Царские врата, диакон совершает каждение алтаря, иконостаса и молящихся (малое каждение). Священник в это время стоит перед Престолом и читает особую «тайноводственную» молитву.

Диакон, завершив каждение, становится рядом со священником и они вместе вполголоса, обратившись лицом к иконе Христа на Горнем месте, произносят Херувимскую песнь, причём священник первую часть её, а диакон — вторую.

Затем священник и диакон лобызают Престол, отходят к жертвеннику, берут Святые Дары и за свещеносцем выходят из алтаря северными боковыми вратами иконостаса для поминовения Патриарха, правящего архиерея, страны, воинства и всех православных христиан.

При пении второй части Херувимской песни священник с диаконом возвращаются в алтарь через Царские врата со словами «Священство (диаконство) твое да помянет Господь Бог во Царствии Своем всегда, ныне и присно (и во век), и во веки веков. Аминь».

Священник поставляет Потир на Престол (точнее — на Антиминс), затем, приняв от диакона дискос, поставляет его слева от Потира.

С евхаристической Чаши и дискоса снимаются покровцы и взамен возлагается возду́х (плат), после чего священник трижды кадит Святые Дары, тихо произнося тропари Великой Субботы и покаянные стихи 50-го псалма Давида. Затем Царские врата иконостаса закрываются и алтарная завеса задёргивается.

Херувимская песнь в течение богослужебного года поётся на литургии Иоанна Златоуста и Василия Великого (кроме Великого Четверга и Великой Субботы).

В Великий Четверг и в Великую Субботу, а также на литургии Преждеосвященных Даров совершается такой же чин Великого входа, но с иными «херувимскими» песнопениями: «Вечери Твоея тайныя…» — в Чистый четверг на Страстной седмице и «Да молчит всякая плоть человеча…» — в Великую субботу субботу перед Пасхой.

Великий вход духовенства при пение херувимской — одно из самых красочных священнодействий Литургии. Многие русские композиторы написали на текст этого древнего греческого гимна замечательную музыку (например, П.И. Чайковский).

>См. также

  • Херувим
  • Херувимский ладан

Источник: https://nebofilms.ru/tekst-heruvimskoj-pesni/

Херувимы и Серафимы

Молитва иже херувимы и серафимы

Херувим и Макарий Великий

Херувим (Керувим) был поставлен Богом, чтобы охранять путь к дереву жизни (Быт 3.24). Золотые изображения херувимов украшали крышку ковчега завета (по одному на двух противоположных узких краях), покрывая ее своими распростертыми крильями; лица их были обращены друг к другу и склонены вниз, к крышке (Исх 25.18, Исх 37.7 и дал.).

На завесе также были вытканы изображения херувимов (Исх 36.35). В Соломоновом храме, во святом святых стояли две огромных фигуры херувимов из оливкового дерева, обложенные золотом (3Цар 6.23 и дал.). Кроме изображения херувимов находились на всех стенах храма и косяках дверей (3Цар 6.29,32,35, 2Пар 3.

7), так что херувимы, вместе с львами, волами и пальмами составляли украшение храма (3Цар 7.29,36). В псалмах херувимы называются престолом Всевышнего (Пс 79.2, Пс 98.1). Так как Бог желал являтся своему народу над ковчегом завета, то Он часто называется Богом, «сидящим на херувимах» (1Цар 4.4, 2Цар 6.2, 4Цар 19.15, Ис 37.16).

В видении Иезекииля херувимы подпирали прозрачный свод, над которым возвышался престол как бы из сапфира, и на нем подобие славы Божией в образе человека, от которого исходило сияние, подобное радуге (Иез 1.22,26,28, Иез 10.18–20). Получить ясное понятие о виде херувимов по приведенным выше местам очень трудно.

Вообще их понимают как символические изображения славы и силы Яхве, проявляющейся в Его творении. Известно, что древние народы при совершении своего богослужения имели разные изображения, которые соединяли в себе черты различных животных, символизирующие более высокие и совершенные существа, нежели те, которые их окружали в действительности.

Египетские сфинксы, ассирийские крылатые быки с человеческим лицом, грифоны греч. мифов с орлиными крыльями и львиными когтями, которые стерегли золотые сокровища севера и т.д., достаточно говорят об этом.

Предполагают, что Моисей, под руководством Божиим, принял эту известную всем евреям идею символического крылатого существа, облагородив и одухотворив эту идею, очистив ее от идольских представлений. Египтяне также имели священные ковчеги, украшенные окрыленными изображениями, но в этих ковчегах находились кошки, крокодилы и змеи, в качестве предметов поклонения.

Ковчег же Завета заключал в себе только закон Божий, написанный на двух каменных скрижалях и сокрытый от всех взоров; над ним восседал Бог, не внутри херувимов, но между ними, не в телесном виде, но невидимый для взора смертных. С херувимами Иезекииля сравнивают четырех животных в От.

Иоанна, которые уподоблялись – первое – льву, второе – тельцу (быку), третье – человеку, четвертое – летящему орлу, все они, имея крылья и множество глаз, громко и беспрерывно взывали: «Свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет» (Откр 4.6 и дал.).

Следовательно, эти херувимы символически изображают служение Богу всей природы и духовных существ в совокупности, и проявление этого служения в исполнении воли Божией. Всякое создание, находящееся на небе и на земле, и под землею, и на море воспевало хвалебную песнь Богу, и четыре животных говорили: аминь (Откр 5.13,14). Также Пс 148.

1 призывает все создание к такому прославлению. Некоторые же считают херувимов не символами, а настоящими сверхъестественными духовными существами, которые окружают престол Божий. «Херувимы славы» (Евр 9.5 греч. текст) – не животные, но живые существа. Относительно значения слова херувим мнения расходятся. Некоторые думают, что оно происходит от слова рахав, т.е. ехать верхом, ездить (если переставить буквы в корне слова), потому что Иегова восседает на них, как на животных или колеснице. Другие производят это слово от карав, т.е. хватать, и сравнивают греческое грипс с германским грип, грипа, гриффин и т.д.

(Библейский словарь Нюстрема)

Основная цель херувимом — доносить до людей Божью мудрость. Они рассказывают людям о Господе и учат их праведной жизни. Это своего рода учителя, которые дают знания не только простым христианам, но и чинам, которые находятся на нижних ступеньках ангельской иерархии.

Христианское богословие изначально не имело определённого взгляда на природу херувимов, мнения разделялись в вопросе, являются ли они существами или всего лишь символами и образами для представления действий Бога. Следуя за Филоном Александрийским видели в херувимах лишь символическое значение Иероним Стридонский (IV век) и Феодорит Кирский (V век).

Однако уже Климент Александрийский (II—III века) начинает отходить от такого понимания, называет херувимов «песнословящими духами», но продолжает делать основной акцент на символичности их образа: «…Имя Херувима означает «великое знание».

Вместе они имели двенадцать крыльев, как указание на чувственный мир, двенадцать знаков Зодиака и определяемый ими ход времени… изображение херувимов имеет символическое значение: лицо является символом души, крылья – служения и действия возвышающихся слева и справа сил, а уста – гимн славе в непрестанном созерцании.» Климент Александрийский. Строматы.

Начиная с IV века устанавливается преобладающим учение о том, что херувимы являются существами, хотя и обладают определённой символикой. Иоанн Златоуст дал следующее понятие херувимов, ставшее традиционным для христианства к окончанию эпохи Вселенских соборов: «Херувим означает не что иное, как полную мудрость.

Вот почему Херувимы полны глаз: спина, голова, крылья, ноги, грудь — все наполнено глаз, потому что премудрость смотрит всюду, имеет повсюду отверстое око.» Иоанн Златоуст

Феодор Студит называет Херувимов «наивысшими из всех и ближайшими к Богу», его мнение поддерживают католические (Фома Аквинский) и протестантские (Кейль) богословы.

Свойства херувимов описал Дионисий Ареопагит в своём сочинении «О небесной иерархии»: «Наименование же Херувимов означает их силу — знать и созерцать Бога, способность принимать высший свет и созерцать Божественное благолепие при самом первом его проявлении, мудрое их искусство — преподавать и сообщать обильно другим дарованную им самим мудрость. Дионисий Ареопагит.

«О небесной иерархии» В богослужении на литургии поётся молитва, называемая херувимской песнью: «Иже Херувимы тайно образующе и Животворящей Троице Трисвятую песнь припевающе…». Она состоит из двух частей, разделяемых великим входом, перед ней раскрываются царские врата алтаря.

Иже Херувимы та́йно образующе и Животворящей Троице Трисвятую песнь припевающе, всякое ныне житейское отложим попечение. Яко да Царя всех подымем, ангельскими невидимо дориносима чинми. Аллилуи́а, аллилуиа, аллилуия.

Перевод: [Мы,] таинственно изображающие Херувимов и воспевающие Животворящей Троице Трисвятую песнь, да оставим ныне всякую житейскую заботу…

…чтобы нам принять Царя всех [разумных существ], невидимо сопровождаемого, словно телохранителями, воинствами Ангелов. Славьте Бога, хвалите Бога, восхваляйте Господа

Серафимы

Серафим. Изображение в Соборе Святой Софии, Стамбул

Серафимы т.е. пламенные – небесные существа, которые в видении пророка Исайи стояли вокруг Яхве, сидящем в храме на престоле высоком и превознесенном – «у каждого из них по шести крыл; двумя закрывал каждый лице свое и двумя ноги свои, и двумя летал.

И взывали они друг ко другу и говорили: свят, свят, свят, Господь Саваоф!» Храм колебался от звука голоса их и наполнялся фимиамом.

Когда Исайя в тоске подумал, что он погиб, тогда прилетел к нему один из серафимов, прикоснулся к его устам горящим углем с жертвенника и объявил ему о благодати примирения, после чего Иегова послал его проповедывать (Ис 6.2 и дал.).
(Библейский словарь Нюстрема)

Древнееврейское слово «сараф» имеет несколько значений: пылающий, огненный, языки пламени; змей, летающий змей, змееподобная молния; летающий дракон или грифон. Эти значения используются в следующих местах Священного писания: «И послал Господь на народ ядовитых змеев, которые жалили народ» (Чис. 21:6) «И сказал Господь Моисею: сделай себе змея и выставь его на знамя» (Чис.

21:8) «не радуйся, земля Филистимская, что сокрушен жезл, который поражал тебя, ибо из корня змеиного выйдет аспид, и плодом его будет летучий дракон» (Ис. 14:29) «аспиды и летучие змеи» (Ис. 30:6) Серафимы есть ангелы, стоящие вокруг Бога.

Первое упоминание серафимов в Библии находится в Книге Пророка Исайи; они появляются в его рассказе о странном видении перед призывом в храм иерусалимский: «Вокруг Него стояли Серафимы; у каждого из них по шесть крыльев: двумя закрывал каждый лице своё, и двумя закрывал ноги свои, и двумя летал.

И взывали они друг ко другу и говорили: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его!» (Ис. 6:2-3) Серафимы прикрывают крыльями лица, чтобы не видеть лица Бога.

Несколькими строфами ниже к пророку прилетает Серафим, чтобы горячим углем очистить его от скверны: «Тогда прилетел ко мне один из Серафимов, и в руке у него горящий уголь, который он взял клещами с жертвенника, и коснулся уст моих и сказал: вот, это коснулось уст твоих, и беззаконие твое удалено от тебя, и грех твой очищен.» (Ис.

6:6) Второе упоминание о Серафимах находится в Откровении Иоанна Богослова (Апокалипсис), и дошедшие до нас на древнегреческом языке. «И перед престолом море стеклянное, подобное кристаллу; и посреди престола и вокруг престола четыре животных, исполненных очей спереди и сзади.

И первое животное было подобно льву, и второе животное подобно тельцу, и третье животное имело лице, как человек, и четвертое животное подобно орлу летящему. И каждое из четырех животных имело по шести крыл вокруг, а внутри они исполнены очей; и ни днем, ни ночью не имеют покоя, взывая: свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет.

» (Откр 4:6-9) Дионисий Ареопагит определяет серафимов как первых среди ангельских чинов и связывает их природу с пламенной, горящей любовью к свету и чистоте.

В своём сочинении «О небесной иерархии» он пишет, что серафимы находятся в постоянном движении вокруг божественного и озаряют все вокруг жаром от своей быстроты и бесконечности полёта, способны возвышать и уподоблять себе низших существ, воспламеняя их сердца, а также очищать их «подобно молнии и всепожирающему огню». Их образ световиден и обладает неприкрытостью и неугасимостью.

Согласно толкованию Антония Великого, «Серафим, которого видел Пророк Иезекииль (Иез. 1:4. 9), есть образ верных душ, кои подвизаются достигнуть совершенства. Имел он шесть крыльев, преисполненных очами; имел также четыре лица, смотрящих на четыре стороны: одно лицо подобно лицу человека, другое — лицу тельца, третье — лицу льва, четвёртое — лицу орла.

Первое лице Серафимово, которое есть лицо человеческое, означает верных, кои живя в мире, исполняют заповеди на них лежащия. Если кто из них выйдет в монашество, то он подобным становится лицу тельца, потому что несет тяжёлые труды в исполнении монашеских правил и совершает подвиги более телесные. Кто, усовершившись в порядках общежития, исходит в уединение и вступает в борьбу с невидимыми демонами, тот уподобляется лицу льва, царя диких зверей. Когда же победит он невидимых врагов и возобладает над страстьми и подчинит их себе, тогда будет восторгнут горе Духом Святым и увидит Божественныя видения; тут уподобится лицу орла: ум его будет тогда видеть все, могущее случиться с ним с шести сторон, подобясь тем 6-ти крылам, полным очей. Так станет он вполне Серафимом духовным и наследует вечное блаженство.»

Добротолюбие, Т1, Наставления Антония Великого

Молитва Святым Небесным бесплотным Силам

Вси святии Небесные Бесплотные Силы, удостойте меня вашей силы сокрушать все зло и страсти под ноги мои. 1. Святии Бесплотные Серафимы, удостойте меня иметь пламенеющее сердце к Богу. 2. Святии Бесплотные Херувимы, удостойте меня иметь премудрость для славы Божией. 3.

Святии Бесплотные Престоли, удостойте меня различать истину от неправды. 4. Святые Бесплотные Господства, удостойте меня господствовать над страстями, чтобы дух поработил плоть. 5. Святии Бесплотные Силы, удостойте меня иметь мужество в исполнении воли Божией. 6.

Святии Бесплотнии Власти, удостойте меня иметь силу победы над злом. 7. Святии Бесплотные Начала, удостойте меня служить Господу Богу в непорочности сердца и дел рук моих. 8. Святии Бесплотные Архангелы, удостойте меня исполнять волю Господа нашего Иисуса Христа.

9.

Святии Бесплотные Ангелы, удостойте меня руководствоваться над немощными в просвящении их в истине.

Источник: http://omsk-znamenie.prihod.ru/xeruvimy-i-serafimy/

Значение и история Херувимской песни

Молитва иже херувимы и серафимы

В начале Литургии верных открываются Царские врата, и церковный хор поёт Херувимскую песню:
«Иже херувимы тайно образующе, и животворящей Троице Трисвятую песнь припевающе, всякое ныне житейское отложим попечение. Яко да царя всех подимем, ангельскими невидимо дороносима чинми, аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа»

В переводе на русский язык:
«Мы, таинственно изображающие херувимов, и воспевающие Животворящей Троице Трисвятую песнь, отложим теперь всякое житейское попечение. Чтобы поднять Царя всех, невидимо копьеносимого чинами ангельскими, аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа»

Как сказано в «Объяснении Литургии» Арсения, митрополита Киевского, мы, люди, присутствуя при совершении Литургии, имеем такое же божественное занятие, какое на небесах имеют небесные силы: предстоим в храме перед Престолом, на котором Бог присутствует невидимо, подобно тому, как ангелы предстоят перед Престолом Господа на небесах; мы славословим Господа в храме, подобно тому, как Ангелы славословят его на небесах.
«Наше священноначалие, сравненное с ангельским, — писал святой Дионисий Ареопагит, — есть только подобное ему, и требует чувственных образов для возведения нас от них к божественному возвышению».

История и значение Херувимской песни

По свидетельству Георгия Кедрина, Херувимская песня была введена в чин Литургии во время царствования византийского императора Юстиниана II (565-578 гг.), точнее около 573 г.

Значение Херувимской — во время перенесения Святых Даров с жертвенника на престол внушить людям самые благоговейные чувства и соответствующее внутреннее состояние.

«Когда поется Херувимская песня, — рассуждал патриарх Герман, — с того времени все возбуждаются к прилежнейшему вниманию, даже до конца священнодействия, отложив долу всякое житейское попечение, яко Царя великого имущие восприять в себя, через тайну Причащения».

В этой песни Церковь как бы призывает нас уподобиться херувимам, которые, предстоя престолу Господа славы, непрестанно воспевают Его и славословят трисвятым пением: «Свят, Свят, Свят, Господь Саваоф,» и оставить все мысли и заботы о чем бы то ни было земном; ибо в это время Сын Божий торжественно сопровождаемый ангелами, грядет невидимо во св. алтарь, чтобы принести Себя на трапезе в Жертву Богу Отцу за грехи человечества и предложить Свое тело и кровь верным.

Особый смысл в песне имеет выражение «дориносима». Это слово, составленное из греческого «дори» (копье) и русского «ношу», значит: «сопровождать кого-либо с копьями».

В древности, когда провозглашали новоизбранного императора, римские воины торжественно поднимали его и несли на щите посреди окружавших его копий легиона. В Церкви же диакон, как бы представитель невидимого легиона ангелов, подъемлет Царя всех над головой, на дискосе как бы на щите.

Подъемлет Его в смиренном виде Агнца, среди молитв предстоящих христиан, истинного духовного оружия Церкви.

Херувимская песня является, в сущности, сокращением древнего песнопения, которое прежде всегда пелось на древнейшей литургии св. апостола Иакова, Брата Господня, а теперь поется только в Великую субботу на литургии св.

Василия Великого, совершаемой в этот день:
«Да молчит всякая плоть человеча и да стоит со страхом и трепетом, и ничтоже земное в себе да помышляет, царь бо царствующих и Господь господствующих, приходит заклатися, и датися в снедь верным.

Предходят же сему лицы аггельстии со всяким началом и властию: многоочитии херувими и шестокрилатии серафими, лица закрывающе и вопиюще песнь: аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа».

В Великий же четверток на Литургии св.

Василия Великого, вместо Херувимской, поется песнопение, выражающее идею дня и заменяющее собою многие песнопения в этот великий день установления Господом самого Таинства Причащения:
«Вечери твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими: не бо врагом твоим тайну повем, ни лобзания ти дам, яко иуда, но яко разбойник исповедаю тя: помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии твоем; аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа.»

Херувимская песнь на Литургии

Пред Херувимской песнью открываются царские врата и диакон совершает каждение, а священник в тайной молитве просит Господа очистить его душу и сердце от совести лукавой и силою Св.

Духа удостоить его принести Богу приготовленные Дары; затем священник с диаконом вполголоса трижды произносят херувимскую песнь, и оба отходят к жертвеннику для перенесения честных Даров с жертвенника на престол. Диакон, имея на левом плече «воздух» (большой покров), несет на голове дискос, а священник в руках святую чашу.

Выйдя из алтаря северными дверями (пение Херувимской песни в это время прерывается на словах «отложим попечение»), они останавливаются на амвоне и, обратившись лицом к верующим, молятся за Святейшего Патриарха, за правящего архиерея, митрополитов, архиепископов, епископов, за священство, монашество, за создателей храма, за присутствующих православных христиан, и возвращаются через царские врата в алтарь; честные Дары поставляются на престол на развернутом антиминсе и покрываются «воздухом», после чего царские врата затворяются и закрываются завесой; певчие же тем временем заканчивают Херувимскую песнь. Перенесение Даров с жертвенника на престол называется великим входом и знаменует собой торжественное шествие Иисуса Христа на вольные страдания и крестную смерть.
Верующие в это время должны стоять с наклоненною головою и молить Господа помянуть их и всех близких к ним во Царствии Его; при словах же священника «Вас и всех православных христиан да помянет Господь Бог…» нужно вполголоса сказать: «и священство твое да помянет Господь Бог во Царствии Своем всегда, ныне и присно, и во веки веков».

Во время пения Херувимской песни священник, стоя перед престолом, читает особую тайную молитву, начинающуюся словами:
«Никтоже достоин от связявшихся, плотскими похотьми и сластми, приходити, или приближитися, или служити тебе, царю славы…

, в которой просит, чтобы носимый на престоле херувимском Господь очистил душу и сердце его от совести лукавой и удостоил его священнодействовать святое и пречестное тело Его и честную кровь и сподобил быть принесенным дарам сим чрез него грешного и недостойного раба».

В это время дьякон, взяв в самом начале Херувимской благословение у иерея на каждение, кадит весь алтарь и священника, и с амвона иконостас, лики и народ, причем принято, покадив алтарь, выходить для каждения иконостаса через Царские врата, а затем, возвратившись в алтарь, покадить на священника, после чего, вновь выйдя через Царские врата, дьякон кадит лики и народ. В заключение, дьякон кадит Царские врата и местные иконы Спасителя и Божией Матери. После этого дьякон входит в алтарь, кадит престол только спереди и священника, далее дьякон трижды вместе со священником покланяется перед престолом.

Священник с поднятыми вверх руками трижды читает первую половину Херувимской, а дьякон каждый раз заканчивает ее, читая вторую половину, после чего оба они кланяются.

Прочтя трижды Херувимскую и, поклонившись друг другу и поцеловав престол, они отходят, не обходя престола кругом, налево к жертвеннику, чтобы начать Великий вход. Когда дьякона нет, священник кадит сам, по прочтении тайной молитвы.

Во время каждения и он, как и дьякон, читает про себя 50-ый псалом.

Подготовил Александр А. Соколовский

Источник: http://www.blagobor.by/article/liturgia/cherub

Херувимская песнь, или О чем поют ангелы?

Молитва иже херувимы и серафимы

Есть место в Божественной Литургии, которое отличается особенным молитвенным настроем, возвышенным и неземным. В этот момент поется, пожалуй, самое красивое и трогательное песнопение службы.

Оно и называется необычно — Херувимской, указывая на мистическую связь с пением ангельским, которое нам, людям, казалось бы, недоступно.

К чему же нас призывают и о чем поют ангелы, мы и попытаемся рассказать в статье.

Когда люди уподобляются ангелам

Херувимская песнь обычно производит неизгладимое впечатление на всех, даже тех, кто нечасто посещает церковные службы.

Поется она на всех полных Литургиях, за исключением Великого Четверга и Великой Субботы, когда их заменяют соответственно церковные песнопения «Вечери Твоея Тайныя» и «Да молчит всякая плоть».

В Литургии Преждеосвященных Даров ее место занимает гимн «Ныне Силы Небесныя».

Исполняется она обычно медленно и протяжно, почему и может показаться длинной, хотя на самом деле это не так. Слова ее на церковнославянском языке звучат так:

Иже Херувимы тайно образующе, и животворящей Троице трисвятую песнь припевающе, всякое ныне житейское отложим попечение. Яко да Царя всех подымем, Ангельскими невидимо дориносима чинми. Аллилуиа. Аллилуиа. Аллилуиа.

Как видим, будучи лаконичной по форме, Херувимская песнь весьма объемна по содержанию. По сути, ее можно назвать сокращенным, сжатым вариантом песни «Да молчит всякая плоть».

Занимая место в богослужении, когда совершается Великий вход, она знаменует символичный переход от подготовительной части (Литургии оглашенных) к основной части службы — Литургии верных.

задача песни-молитвы — поднять человека над суетными житейскими заботами и устремить все свое сердце и внимание вверх, к Небесному Таинству, которое вот-вот должно совершиться.

В этом мы все, хоть на какое-то мгновение, можем и призваны уподобиться ангелам, чье главное дело состоит в постоянном предстоянии перед Престолом Божиим и Его славословии.

Для нас такое более всего возможно именно за Божественной Литургией.

Кто такие херувимы?

Почему же именно херувимы в этой ангельской песне? Херувимы вместе с серафимами ближе всего находятся к Богу, они принадлежат к высшей иерархии сил ангельских.

Так в Ветхом Завете неоднократно упоминается, что Господь восседает «на херувимех». Эти «многоочитии» небесные существа были изображены на стенах скиний (первых храмов), на Ковчеге Завета.

Эти премудрые существа, наделенные светом Богопознания, призваны изливать его на других.

Под Трисвятым, упоминаемым в Херувимской песне, следует понимать не молитву «Святый Боже», а пение Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его!, которым непрестанно славословят Бога ангелы. Об этом, в частности, упоминается у пророка Исаии:

В год смерти царя Озии видел я Господа, сидящего на престоле высоком и превознесенном, и края риз Его наполняли весь храм. Вокруг Него стояли Серафимы; у каждого из них по шести крыл: двумя закрывал каждый лице свое, и двумя закрывал ноги свои, и двумя летал.

И взывали они друг ко другу и говорили: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его! (Ис. 6:1-3)

Как видим, здесь упоминаются славословящие Бога «шестокрилатии серафими», которые вполне могли бы занять, очевидно, место и в Херувимской.

Нужно полагать, что херувимы в этой песне олицетворяют собой все чины воинские, хвалящие Имя Господне, и приведены в пример ввиду своей близости к Богу наряду с серафимами.

История песнопения

Из истории данного церковного песнопения нам известно совсем немного. Ссылаясь на некоторые исторические источники, мы знаем, что написана и в употребление она была введена в Византии в VI в.

, предположительно в 573 или 574 году. Это было время правления императора Юстиниана II.

Автор Херувимской песни, как и авторы большинства икон, нам неизвестен.

Необходимость же ее написания была следующая. Как известно, ранее неосвященные Дары, которые приносились в храм, кстати сказать, прихожанами, находились в другом помещении, отдельном от храма.

Оно носило название «сосудохранилища», позже это была пристройка или крыло храма.

Для совершения Евхаристии священство (иногда в шествии участвовал и император) переносило Дары для Таинства через весь храм.

Таким образом, в службе образовалась большая пауза, которую нужно было чем-то заполнить. Получается, что причина для написания столь таинственного и прекрасного гимна, как Херувимская песнь, была весьма банальна — просто заполнить паузу.

Место в богослужении

Как мы уже говорили, данное песнопение имеет в службе место во время совершения Великого входа. Им оно, будучи целостным по своему содержанию, разрывается на две части на словах «отложим попечение».

Пока поется первая часть Херувимской, священник читает в алтаре молитву «Никтоже достоин», прося Господа очистить его сердце и сделать достойным для священнодействия.

Диакон тем временем кадит алтарь, самого священника, клирос, людей.

Затем в этой части Божественной литургии священник с воздетыми руками трижды читает Херувимскую, которую всегда завершает диакон. После чего они берут с жертвенника Дары и выносят их через северные врата: священник несет потир (Чашу с вином), а диакон над головой держит дискос с хлебом (Агнцем).

Остановившись в Царских вратах — первая часть песни в этот момент заканчивается, — они поминают священноначалие, создателей храма, всех присутствующих. И входят в алтарь, помещая Дары на раскрытый антиминс, находящийся на престоле. Этот вход символизирует шествие Господа на вольные страдания. Вторая часть песнопения звучит более торжественно и громко.

Особенности перевода

Херувимская песнь была написана на греческом языке в период его, возможно, высочайшего расцвета.

Как и любой поэтический текст, к тому же наполненный многими глубинными смыслами, перевести его правильно было довольно сложно.

Нам, несомненно, в этом отношении очень повезло, поскольку перевод песнопения на церковнославянский был осуществлен, очевидно, еще святыми братьями Кириллом и Мефодием. По крайней мере, не без их участия.

А вот на русский язык эта ангельская песня переводится несколько сложнее. Мы приведем ниже наиболее известный ее перевод:

Мы, таинственно изображая херувимов и воспевая трисвятую песнь Троице, дающей жизнь, оставим теперь заботу о всем житейском, чтобы нам прославить Царя всех, Которого невидимо носят и прославляют ангельские силы.

Читать также:

Божественная Литургия, или Почему мир еще жив

Этот перевод позволяет скрыть некоторые «неровности», которые могут возникнуть при буквальном, дословном понимании церковнославянского текста. Самым сложным и обсуждаемым переводчиками моментом Херувимской песни является выражение «дориносима чинми». Что означает слово «дориносимо»? В буквальном переводе оно означает «коптеносимо», что на слух звучит кощунственно и непонятно.

В качестве толкования этого выражения существуют две версии. Одна, наиболее популярная, упоминает о давнем римском обычае чествовать легионами воина-победителя.

При этом его триумфально вносили в город высоко над головами на щитах, сложенных на скрещенных копьях. Если же военачальник погибал, то его тело несли уже под щитами, бережно уложив на древка копий.

Отсюда и произошло выражение: Я вернусь на щите или под щитом.

Подобное толкование очень хорошо вписывается в символическое понимание Божественной литургии. Царя Славы, как Победителя, подобно римским воинам, во время Великого входа незримо вносят легионы ангельские. Данный символизм подчеркивает и то, что дьякон несет дискос с Агнцем над головой, в подражание тем же воинам.

Однако есть и другое толкование, тоже заслуживающее внимания.

Оно отталкивается от того, что в византийском обычае было такое понятие — «дорифоры». Ими назывались личные телохранители императора, вооруженные копьями, копьеносцы.

И в этом случае понимать слово «дориносимый» следует именно как «окруженный охраной, телохранителями» в виде ангельских войск. Слово же «подымем» правильно будет перевести не как «поднимем», а «приимем» Царя Славы.

Дерзнем принять, несмотря на то, что окружен таким страшным воинством.

В творчестве известных композиторов

О популярности и особом значении Херувимской песни можно судить уже по тому количеству мелодий, которые были к ней написаны. Кроме авторских версий, конечно, существует много народных, так называемых «обиходных» напевов.

С этим, правда, связаны и курьезные случаи. Например, во второй половине XIX века в Вологде большое распространение получил напев ангельской песни на манер «Эй, дубинушка, ухнем!», который пришлось даже запрещать через синод.

В числе известных русских композиторов, которые писали к ней мелодии, можно назвать следующие имена: Д. Бортнянский, А. Ведель, М. Березовский, С. Дегтярев, М. Глинка, Н. Римский-Корсаков, П. Чайковский. Но больше всего, пожалуй, потрудился на этой ниве А. Архангельский, который написал целых 8 мелодий к Херувимской песни. 

Особенной красотой и таинственностью отличается композиторское решение П. Чайковского, которое можно прослушать здесь:

Источник: http://megapoisk.com/heruvimskaja-pesn-kogda-ljudi-upodobljajutsja-angelam

Что означает Херувимская песнь, которую поют во время Божественной Литургии?

Молитва иже херувимы и серафимы

Херувимская песнь поется во время перенесения Св. Даров с жертвенника на престол.

Иже херувими тайно образующе, и животворящей Троице, трисвятую песнь приносяще, всяку ныне житейсткую отвержем печаль.

***
Яко царя всех подъемлюще ангельскими невидимо дароносима чинми. Аллилуия.

Это перенесение Даров знаменует шествие Господа на страдания и последующее Его несение на погребение. В “Тайнозрении вещей церковных” св. Герман пишет:

“Умные силы, созерцая в пении Херувимской перенесение честных Даров, образующих Тело Господа Исуса, с краниева (т.е. лобного) места до гроба — с нами поют невидимо: аллилуия. Посему и при выносе Даров священник и народ молятся молитвой разбойника “на краниевом месте”: “Всех вас да помянет Господь Бог во Царствии Своем”.

И по перенесении читается в алтаре: “Благообразный Иосиф со Креста снем…” и т.д., т.е. молитва погребения.

Воспеваемая в это время песнь Херувимская содержит призыв, с какими чувствами мы должны созерцать это шествие Господа в Св. Дарах.

“Иже херувимы тайнообразующе…”, т.е. мы, которые теперь таинственно изображаем херувимов, сопровождающих Царя Христа, и приносим трисвятую песнь в дар Животворящей Троице, отвергнем, бросим всякую тревогу и заботу о житейском, чтобы подъять вместе со священнослужителями Царя всех, Которого невидимо в Святых Дарах несут ангелы. (“Церковь”, 1913, № 19).

Серафим и херувим. Настенная роспись в Покровском кафедральном соборе РПСЦ в Москве

Песнопение

“Пиратская” запись херувимской песни в исполнении хора Тверской старообрядческой общины в Москве выложена на .

Мы не уверены, что это песнопение уместно выкладывать в сеть, так как в момент его исполнения положено стоять с наклоненной головой, к тому же оно исполняется во время Божественной Литургии, на которой не положено присутствовать не-старообрядцам, поэтому ссылку на него давать не станем.

Крюки

Представляем также и крюковую запись киевского распева, которую сделал старообрядческий уставщик из Румынии Иаков Пахом (опубликовано на сайте Самарское староверие):

Запись сделана на основе издания: Обедница знаменного и демественного роспева с архиерейским служением. [Истинноречная певческая книга]. Изд. 1-е. Киев: Издательство “Знаменное пение”, 1909.

скачать в формате PDF

Об иерархии сил безплотных

Всех чинов архангельских – девять, по указанию св. Дионисия Ареопагита: Херувимы, Серафимы, Престолы, господствия, силы, власти, начала, архангелы и ангелы; число их очень велико.

Чины Ангельские разделяются на три иерархии – высшую, среднюю и низшую. Каждую иерархию составляют три чина. В высшую иерархию входят: Серафимы, Херувимы и Престолы.

Ближе всех Пресвятой Троице предстоят шестокрылатые Серафимы (Пламенеющие, Огненные) (Ис. 6, 2). Они пламенеют любовью к Богу и других побуждают к ней.

После Серафимов Господу предстоят многоочитые Херувимы (Быт. 3, 24). Их имя значит: излияние премудрости, просвещение, ибо через них, сияющих светом Богопознания и разумения тайн Божиих, ниспосылается премудрость и просвещение для истинного Богопознания.

За Херувимами – предстоят Богоносные по благодати, данной им для служения, Престолы (Кол. 1, 16), таинственно и непостижимо носящие Бога. Они служат правосудию Божию.

Изображение Херувима из Воскресенского собора г.Ростова

Среднюю Ангельскую иерархию составляют три чина: Господства, Силы и Власти.

Господства (Кол. 1, 16) владычествуют над последующими чинами Ангелов. Они наставляют поставленных от Бога земных властителей мудрому управлению.

Господства учат владеть чувствами, укрощать греховные вожделения, порабощать плоть духу, господствовать над своей волей, побеждать искушения.Силы (1 Пет. 3, 22) исполняют волю Божию.

Они творят чудеса и ниспосылают благодать чудотворения и прозорливости угодникам Божиим. Силы помогают людям в несении послушаний, укрепляют в терпении, даруют духовную крепость и мужество.

Власти (1 Пет. 3, 22; Кол. 1, 16) имеют власть укрощать силу диавола. Они отражают от людей бесовские искушения, утверждают подвижников, оберегают их, помогают людям в борьбе с злыми помыслами.

Изображение Херувима, носимое во время Крестных ходов на Рогожском

В низшую иерархию входят три чина: Начала, Архангелы и Ангелы.

Начала (Кол. 1, 16) начальствуют над низшими ангелами, направляя их к исполнению Божественных повелений. Им поручено управлять вселенной, охранять страны, народы, племена. Начала наставляют людей воздавать каждому честь, подобающую его званию. Учат начальствующих исполнять должностные обязанности не ради личной славы и выгод, а ради чести Божией и пользы ближних.

Архангелы (1 Сол. 4, 16) благовествуют о великом и преславном, открывают тайны веры, пророчества и разумение воли Божией, укрепляют в людях святую веру, просвещая их ум светом Святого Евангелия.

Ангелы (1 Пет. 3, 22) наиболее близки к людям. Они возвещают намерения Божий, наставляют людей к добродетельной и святой жизни. Они хранят верующих, удерживают от падений, восставляют падших, никогда не оставляют нас и всегда готовы помочь, если мы пожелаем.

Настенная роспись в Покровском кафедральном соборе РПСЦ в Москве

Все чины Небесных Сил носят общее название Ангелов – по сути своего служения. Господь открывает Свою волю высшим Ангелам, а они, в свою очередь, просвещают остальных.

Над всеми девятью чинами поставлен Господом святой Архистратиг Михаил (имя его в переводе с еврейского – “кто как Бог”) – верный служитель Божий, ибо он низринул с Неба возгордившегося денницу с другими павшими духами. А к остальным Ангельским Силам он воскликнул: “Вонмем! Станем добре пред Создателем нашим и не помыслим неугодного Богу!

Архистратиг Михаил, икона 18 века

Источник: https://starove.ru/vopros-otvet/pravila/chto-oznachaet-heruvimskaya-pesn-kotoruyu-poyut-vo-vremya-bozhestvennoj-liturgii/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.